Где похоронены латыши с «Варяга»?
Заметки с могилы уроженца Лифляндской губернии контр-адмирала Всеволода Фёдоровича Руднева.
Командир знаменитого крейсера «Варяг», принявшего неравный бой у далёкого корейского Инчхона (тогда Чемульпо) 27 января (9 февраля) 1904 года, похоронен у Казанской церкви в селе Савино Заокского района Тульской области России. Там, где неподалёку была усадьба его предков.
Контр-адмирал Всеволод Фёдорович Руднев.
Руднев родился 19 (31) августа 1855 года в крепости Дюнамюнде Лифляндской губернии Российской империи.
Теперь это микрорайон Даугавгрива в Риге – столице Латвийской Республики.
Умер Всеволод Руднев 7 (20) июля 1913 года в возрасте 57 лет.
А вот родился Всеволод Руднев на территории современной Латвии 19 (31) августа 1855 года – в крепости Дюнамюнде Лифляндской губернии Российской империи, где в то время командиром брандвахты служил его отец Фёдор Николаевич Руднев, участник русско-турецкой войны 1828-1829 годов. Сейчас это микрорайон Даугавгрива в Риге, латвийской столице. В 1857 году Фёдор Руднев вышел в отставку, имея чин капитана 1-го ранга, и остаток жизни прожил с семьёй в своём имении. Но нашим земляком своего сына таки успел сделать! :)
Это случилось в деревне Мышенки Тульской губернии Российской империи (ныне Тульской области Российской Федерации).
Похоронен Руднев был у южной стены Казанской иконы Божией Матери.
Прямо напротив церкви расположен открытый к столетию битвы музей Руднева, а его могила находится у южной стены храма. На могиле контр-адмирала установлен красивый памятник. А позади – православный крест, в основании которого есть интересная надпись. В частности сообщается, что у стен церкви также покоится прах погибших моряков крейсера «Варяг», а также перечисляются их имена.
В 1992 году на могиле был установлен памятник (скульптор Арнольд Иванович Чернопятов).
Под командованием Руднева крейсер 1-го ранга «Варяг» принял неравный бой у Чемульпо (Инчхона) 27 января (9 февраля) 1904 года.
Русским крейсеру «Варяг» и канонерской лодке «Кореец» противостояли 9 японских кораблей: 2 броненосных крейсера, 4 бронепалубных крейсера и 3 миноносца.
И вот что интересно: из 32 упомянутых два имени принадлежат латышам! Это штаб-горнист Николай Нагле (Nagle) и матрос 2-й статьи Карл Спруге (Sprūģe). Нагле погиб на баке «Варяга», находясь возле командира, а Спруге – на шкафуте у 75-миллиметрового орудия №26. Забавно, что в России их считают... эстонцами. Что понятно: для россиян все прибалты на одно лицо. Но мы, к счастью, можем исправить эту ошибку.
В ходе боя погибли и сразу после от ран умерли 1 офицер и 30 нижних чинов.
Ещё двое матросов вскоре умерли от ран.
Однако, позвольте, скажете вы, но ведь это женские варианты написания хорошо известных в Латвии фамилий Sprūģis и Naglis! И вы будете совершенно правы. Это действительно верно для... современного латышского языка. Ранее же под фамилиями Спруге и Нагле в русских документах фигурировали не только латышки с латгалками, но и латыши с латгалами. Достаточно взглянуть, к примеру, на донесения о потерях Красной армии времён Великой Отечественной войны. В них можно найти латгала Петра Донатовича Нагле из-под города Балвы и латыша Алгира Эвалдовича Спруге из-под города Лиепая. Ничего удивительного: языки и их грамматика развиваются и меняются.
Тела 12 из них были похоронены в могиле в Чемульпо.
В 1911 году они были перезахоронены на Морском кладбище Владивостока.
Равно как нет ничего удивительного, что русскими моряками были представители разных этносов многонациональной Российской империи. Да что там: треть участвовавших в бою офицеров (шесть из 18) крейсера были (пусть и зачастую обрусевшими) немцами – Беренс, Берлинг, Шиллинг (из дворян Эстляндской губернии), Эйлер (потомок того самого математика Эйлера), Балк, Нирод (тоже эстляндец)! Ну как, в свете этого новыми красками заиграл тот факт, что знаменитые слова песни о подвиге «Варяга» написал тирольский немец и подданный австрийского императора Рудольф Грейнц?
Auf Deck, Kameraden, all' auf Deck!
Heraus zur letzten Parade!
Der stolze Warjag ergibt sich nicht,
Wir brauchen keine Gnade!
Наверх, о товарищи, все по местам!
Последний парад наступает!
Врагу не сдается наш гордый «Варяг»,
Пощады никто не желает!
Недавно земля с той могилы была доставлена в Савино.
Тем самым часть праха моряков-героев теперь покоится под Тулой.
Среди погибших были два латыша.
Это штаб-горнист Николай Нагле (Nagle) и матрос 2-й статьи Карл Спруге (Sprūģe).
Несмотря на надпись, их останков нет ни во Владивостоке, ни в Савино.
Наверняка, Нагле и Спруге были не единственными латышами в экипаже крейсера. Так, среди раненых на шканцах в Вахтенном журнале крейсера 1-го ранга «Варяг» упомянут матрос 1-ой статьи Мартын Лауян. Причём, в примечаниях к журналу указано, что имя и фамилия написаны неразборчиво, читаются с трудом. Вполне им мог быть какой-нибудь Мартыньш Луянс, не? Но это, конечно, лишь предположение.
От попадания вражеских снарядов от многих матросов почти ничего не осталось, хоронить было практически нечего.
Но как же прах героев битвы оказался под Тулой? Очень просто. Погибших матросов похоронили в Чемульпо. В 1911 году правительство России обратилось к японскому генерал-губернатору Кореи с просьбой эксгумировать их прах и перезахоронить на родине, во Владивостоке. Разрешение было получено. В декабре 1911 года провели эксгумацию и перенесли прах моряков на Морское кладбище Владивостока. А недавно землю с той могилы привезли в Савино. Священник Казанской церкви решил, что будет справедливо указать, что их прах (пусть и часть его, но всё же) покоится и возле могилы их командира.
То, что можно назвать останками таких погибших были оставлены на крейсере и разделили судьбу корабля...
После неудачного боя крейсер «Варяг» был затоплен.
Так значит, мы теперь можем сказать, что частицы русских матросов-латышей покоятся под Тулой? Печально, но... нет!
Lebt wohl, Kameraden, lebt wohl, hurra!
Hinab in die gurgelnde Tiefe!
Wer hätte es gestern noch gedacht,
Dass er heut' schon da drunten schliefe!
Прощайте, товарищи! С Богом, ура!
Кипящее море под нами!
Не думали мы ещё с вами вчера,
Что нынче уснём под волнами!
Несомненно, бой русскими кораблями был проигран.
Однако он показал решимость русских моряков сражаться даже в безвыходной ситуации и не сдаваться без боя.
И в этом заключается подвиг экипажей «Варяга» и «Корейца». Вечная память героям русского флота!
Дело в том, что вместо тел одного офицера и 32 матросов при эксгумации были обнаружены останки всего 12 человек. Как же так?!
Музей командира крейсера «Варяг» Всеволода Федоровича Руднева в деревне Савино Заокского района Тульской области был открыт для посетителей 9 февраля 2004 года, в год 100-летия боя.
Основные экспозиционно-выставочные площади музея включают два смежных зала: большой круглый, и малый, так называемая, кают-компания.
Дело в том, что в ходе боя от многих матросов из-за попадания снарядов противника просто ничего не оставалось. От уже упомянутого мичмана графа Алексея Нирода, который находился на мостике при определении расстояний, к примеру, была найдена лишь рука, сжимающая остатки дальномера. Такие останки погибших были оставлены на крейсере и разделили судьбу корабля...
Церковь была заброшена в советское время, но теперь восстановлена, и в ней проводят богослужения.
Все же обнаруженные в могиле тела были идентифицированы. Спруге и Нагле среди них не было. Поэтому прах их никак не может находиться ни в Инчхоне, ни во Владивостоке, ни в Савино. С ними и их другими товарищами случилось всё в полном соответствии со словами знаменитой песни.
Kein Zeichen, kein Kreuz wird, wo wir ruh’n
Fern von der Heimat, melden —
Doch das Meer das rauschet auf ewig von uns,
Von Warjag und seinen Helden!
Не скажут ни камень, ни крест, где легли
Во славу мы русского флага,
Лишь волны морские прославят вовек
Геройскую гибель «Варяга»!
Вечная память российским моряка-героям – русским, немцам, латышам!
Командир знаменитого крейсера «Варяг», принявшего неравный бой у далёкого корейского Инчхона (тогда Чемульпо) 27 января (9 февраля) 1904 года, похоронен у Казанской церкви в селе Савино Заокского района Тульской области России. Там, где неподалёку была усадьба его предков.
Контр-адмирал Всеволод Фёдорович Руднев.
Руднев родился 19 (31) августа 1855 года в крепости Дюнамюнде Лифляндской губернии Российской империи.
Теперь это микрорайон Даугавгрива в Риге – столице Латвийской Республики.
Умер Всеволод Руднев 7 (20) июля 1913 года в возрасте 57 лет.
А вот родился Всеволод Руднев на территории современной Латвии 19 (31) августа 1855 года – в крепости Дюнамюнде Лифляндской губернии Российской империи, где в то время командиром брандвахты служил его отец Фёдор Николаевич Руднев, участник русско-турецкой войны 1828-1829 годов. Сейчас это микрорайон Даугавгрива в Риге, латвийской столице. В 1857 году Фёдор Руднев вышел в отставку, имея чин капитана 1-го ранга, и остаток жизни прожил с семьёй в своём имении. Но нашим земляком своего сына таки успел сделать! :)
Это случилось в деревне Мышенки Тульской губернии Российской империи (ныне Тульской области Российской Федерации).
Похоронен Руднев был у южной стены Казанской иконы Божией Матери.
Прямо напротив церкви расположен открытый к столетию битвы музей Руднева, а его могила находится у южной стены храма. На могиле контр-адмирала установлен красивый памятник. А позади – православный крест, в основании которого есть интересная надпись. В частности сообщается, что у стен церкви также покоится прах погибших моряков крейсера «Варяг», а также перечисляются их имена.
В 1992 году на могиле был установлен памятник (скульптор Арнольд Иванович Чернопятов).
Под командованием Руднева крейсер 1-го ранга «Варяг» принял неравный бой у Чемульпо (Инчхона) 27 января (9 февраля) 1904 года.
Русским крейсеру «Варяг» и канонерской лодке «Кореец» противостояли 9 японских кораблей: 2 броненосных крейсера, 4 бронепалубных крейсера и 3 миноносца.
И вот что интересно: из 32 упомянутых два имени принадлежат латышам! Это штаб-горнист Николай Нагле (Nagle) и матрос 2-й статьи Карл Спруге (Sprūģe). Нагле погиб на баке «Варяга», находясь возле командира, а Спруге – на шкафуте у 75-миллиметрового орудия №26. Забавно, что в России их считают... эстонцами. Что понятно: для россиян все прибалты на одно лицо. Но мы, к счастью, можем исправить эту ошибку.
В ходе боя погибли и сразу после от ран умерли 1 офицер и 30 нижних чинов.
Ещё двое матросов вскоре умерли от ран.
Однако, позвольте, скажете вы, но ведь это женские варианты написания хорошо известных в Латвии фамилий Sprūģis и Naglis! И вы будете совершенно правы. Это действительно верно для... современного латышского языка. Ранее же под фамилиями Спруге и Нагле в русских документах фигурировали не только латышки с латгалками, но и латыши с латгалами. Достаточно взглянуть, к примеру, на донесения о потерях Красной армии времён Великой Отечественной войны. В них можно найти латгала Петра Донатовича Нагле из-под города Балвы и латыша Алгира Эвалдовича Спруге из-под города Лиепая. Ничего удивительного: языки и их грамматика развиваются и меняются.
Тела 12 из них были похоронены в могиле в Чемульпо.
В 1911 году они были перезахоронены на Морском кладбище Владивостока.
Равно как нет ничего удивительного, что русскими моряками были представители разных этносов многонациональной Российской империи. Да что там: треть участвовавших в бою офицеров (шесть из 18) крейсера были (пусть и зачастую обрусевшими) немцами – Беренс, Берлинг, Шиллинг (из дворян Эстляндской губернии), Эйлер (потомок того самого математика Эйлера), Балк, Нирод (тоже эстляндец)! Ну как, в свете этого новыми красками заиграл тот факт, что знаменитые слова песни о подвиге «Варяга» написал тирольский немец и подданный австрийского императора Рудольф Грейнц?
Auf Deck, Kameraden, all' auf Deck!
Heraus zur letzten Parade!
Der stolze Warjag ergibt sich nicht,
Wir brauchen keine Gnade!
Наверх, о товарищи, все по местам!
Последний парад наступает!
Врагу не сдается наш гордый «Варяг»,
Пощады никто не желает!
Недавно земля с той могилы была доставлена в Савино.
Тем самым часть праха моряков-героев теперь покоится под Тулой.
Среди погибших были два латыша.
Это штаб-горнист Николай Нагле (Nagle) и матрос 2-й статьи Карл Спруге (Sprūģe).
Несмотря на надпись, их останков нет ни во Владивостоке, ни в Савино.
Наверняка, Нагле и Спруге были не единственными латышами в экипаже крейсера. Так, среди раненых на шканцах в Вахтенном журнале крейсера 1-го ранга «Варяг» упомянут матрос 1-ой статьи Мартын Лауян. Причём, в примечаниях к журналу указано, что имя и фамилия написаны неразборчиво, читаются с трудом. Вполне им мог быть какой-нибудь Мартыньш Луянс, не? Но это, конечно, лишь предположение.
От попадания вражеских снарядов от многих матросов почти ничего не осталось, хоронить было практически нечего.
Но как же прах героев битвы оказался под Тулой? Очень просто. Погибших матросов похоронили в Чемульпо. В 1911 году правительство России обратилось к японскому генерал-губернатору Кореи с просьбой эксгумировать их прах и перезахоронить на родине, во Владивостоке. Разрешение было получено. В декабре 1911 года провели эксгумацию и перенесли прах моряков на Морское кладбище Владивостока. А недавно землю с той могилы привезли в Савино. Священник Казанской церкви решил, что будет справедливо указать, что их прах (пусть и часть его, но всё же) покоится и возле могилы их командира.
То, что можно назвать останками таких погибших были оставлены на крейсере и разделили судьбу корабля...
После неудачного боя крейсер «Варяг» был затоплен.
Так значит, мы теперь можем сказать, что частицы русских матросов-латышей покоятся под Тулой? Печально, но... нет!
Lebt wohl, Kameraden, lebt wohl, hurra!
Hinab in die gurgelnde Tiefe!
Wer hätte es gestern noch gedacht,
Dass er heut' schon da drunten schliefe!
Прощайте, товарищи! С Богом, ура!
Кипящее море под нами!
Не думали мы ещё с вами вчера,
Что нынче уснём под волнами!
Несомненно, бой русскими кораблями был проигран.
Однако он показал решимость русских моряков сражаться даже в безвыходной ситуации и не сдаваться без боя.
И в этом заключается подвиг экипажей «Варяга» и «Корейца». Вечная память героям русского флота!
Дело в том, что вместо тел одного офицера и 32 матросов при эксгумации были обнаружены останки всего 12 человек. Как же так?!
Музей командира крейсера «Варяг» Всеволода Федоровича Руднева в деревне Савино Заокского района Тульской области был открыт для посетителей 9 февраля 2004 года, в год 100-летия боя.
Основные экспозиционно-выставочные площади музея включают два смежных зала: большой круглый, и малый, так называемая, кают-компания.
Дело в том, что в ходе боя от многих матросов из-за попадания снарядов противника просто ничего не оставалось. От уже упомянутого мичмана графа Алексея Нирода, который находился на мостике при определении расстояний, к примеру, была найдена лишь рука, сжимающая остатки дальномера. Такие останки погибших были оставлены на крейсере и разделили судьбу корабля...
Церковь была заброшена в советское время, но теперь восстановлена, и в ней проводят богослужения.
Все же обнаруженные в могиле тела были идентифицированы. Спруге и Нагле среди них не было. Поэтому прах их никак не может находиться ни в Инчхоне, ни во Владивостоке, ни в Савино. С ними и их другими товарищами случилось всё в полном соответствии со словами знаменитой песни.
Kein Zeichen, kein Kreuz wird, wo wir ruh’n
Fern von der Heimat, melden —
Doch das Meer das rauschet auf ewig von uns,
Von Warjag und seinen Helden!
Не скажут ни камень, ни крест, где легли
Во славу мы русского флага,
Лишь волны морские прославят вовек
Геройскую гибель «Варяга»!
Вечная память российским моряка-героям – русским, немцам, латышам!