Казалось бы, что интересного могут рассказать таблички с названиями улиц? На самом деле, очень многое. Благодаря им, на примере Латвии известно: чем больше демократии – тем меньше языковой свободы. Пару лет назад европейские деньги были вбуханы в проект по благоустройству района улиц Мурниеку и Красотаю в Риге. Помимо прочего, несколько домов, в добавок к нынешним, были под старину украшены многоязычными табличками с названиями этих улиц. Так, как они типо выглядели во времена Российской империи. А именно: Нынешняя улица Krāsotāju (Красотаю): Красильная ул. – Färber Str. – Krahsotahju eela. Нынешняя улица Mūrnieku (Мурниеку): Мурничная ул. – Maurer Str. – Muhrneeku eela. Мурничная вообще-то должна была бы быть переведена как Каменщиков. Почему использовано не литературное, а явно заимствованное из латышского слово, не понятно. В конце концов, есть же в русском однокоренное «замуровали демоны!» Зато забавно видеть старую орфографию латышского языка. Когда долгота гласных обозначалась как в немецком – последующей буквой «h». И дифтонг «ie» писался совсем иначе. Если бы при этом использовали изначальный латышский алфавит – вообще было бы всё готично! Ведь латиницу издревле использовали латгалы, а не латыши, которые довольствовались заимствованными у немцев готическими буквами. Под многоязычными размещены поясняющие таблички. На латышском текст следующий: Rīgā ielu uzraksti līdz 1877. gadam bija vācu valodā, no 1877. līdz 1902. g. – vācu un krievu valodās, bet pēc 1902. g. vāciski, krieviski un latviski. Ielas vārds tika brīvi tulkots. Pēc Latvijas neatkarības pasludināšanas 1918. gadā ielu uzraksti bija latviešu valodā. Padomju varas gados, līdz 1991. g., ielu nosaukumi bija latviski un krieviski. Krievu valodā tos atveidoja, nevis tulkoja. А на английском такой: Till 1877 the street plates in Riga were in German and Russian, after 1902 in German, Russian and Latvian. The name of the street was translated. After 1918, when Latvia proclaimed independence, the street plates were in Latvian. Till 1991, during the Soviet period, the street plates were in Latvian and Russian. The names were reproduced in Russian not translated. Что в переводе на русский значит: «Таблички с названиями улиц в Риге до 1877 года были на немецком языке, с 1877 по 1902 год – на немецком и русском языках, а после 1902 года по-немецки, по-русски и по-латышски. Названия улиц свободно переводились. После провозглашения независимости Латвии в 1918 году таблички с названиями улиц были на латышском языке. В годы советской власти, до 1991 года, названия улиц были по-латышски и по-русски. На русский язык их транскрибировали, а не переводили». Наверно, надо пояснить термин транскрибирование (не путать с транслитерацией!). Это передача текста одной письменности знаками другой письменности с учётом произношения, фонетики. К примеру, та же улица Krāsotāju. Как уже видно, если бы переводили название, то было бы Красильная улица. Если бы транслитерировали, то Красотайу. Ну а при транскрибировании получается Красотаю. Так как это было в советское время. Кстати, бросается в глаза, что на улице Красотаю первое предложение в поясняющей табличке на английский язык переведено неверно. Англоязычных дезинформируют, что до 1877 году таблички с названием улиц были на немецком и русском языках. А что было с 1877 по 1902 год – не понятно. Вот такой позор за европейские деньги. Похоже, мания моноязычия не идёт на пользу. Хорошо хоть на Мурниеку текст начинается верно: «Till 1877 the street plates in Riga were in German, from 1877 till 1902 in German and Russian, after 1902 in German, Russian and Latvian...» Что также печально, нет примера с табличками советского времени. Вот это был бы разрыв шаблона для тех, кто про Советскую Латвию знает только из пропагандистских побасенок латышских националистов (зачастую бывших коммунистических функционеров при этом). Ведь в годы «брутальной советской» оккупации латышские названия шли сверху, первыми. Ну и как верно было замечено, их не переводили. Во всём был приоритет «коренного» народа. Между прочим, в потрясающе великолепном советском фильме «Противостояние», снятом по одноимённому роману Юлиана Семёнова, в третьей серии есть эпизод, где адрес прописки одного персонажа указан так: «Рига, Советская, 5, квартира 12». Понятна ошибка писателя. В каждом советском городе была улица Советская. Почему бы ей и не быть в Риге? А вот и нет. Не было улицы Советской в Риге. И даже Советского бульвара. Был бульвар Падомью (Padomju bulvāris). Именно так его указывали на уличных табличках и картах, без перевода на русский язык. Далее, видно, насколько «ужасными» были годы русской и советской власти. В Российской империи терпели либо отсутствие указателей на русском языке, либо многоязычные указатели – в соответствии с этноязыковым раскладом населения. В Советском Союзе мало того что также приветствовалось многоязычие, так даже не переводили названия на русский. Но стоило наступать годам демократии, так в «цивилизованной» и «европейской» Латвии сразу же устанавливалась диктатура латышского моноязычия, нетерпимости к многоязычию и многонациональному составу населения. Что в 1918–1940, что с 1991 года.