На латышских могилах не ставят крестов?
Погибшие эсэсовцы удостаивались берёзовых... рун.
С чего обычно начинается празднование 16 марта, Дня памяти легионеров SS, в Латвии? С богослужения в Домском соборе – лютеранской церкви. Жирно так намекается, что латышские эсэсовцы были борцами за традиционные христианские ценности против диких безбожных вшивых иудо-монгольских большевистских орд. На самом же деле латышские эсэсовцы старались во всём косить под своих «арийских» господ. Например, тот же свой памятный день – 16 марта – они украли у немецких нацистов. Позаимствовали латышские прислужники Адольфа Гитлера у своих хозяев и тягу к неоязычеству.
Многие слышали о рунах. Так называются знаки древнегерманской письменности (русские долбославы уверены, что были и славянские руны, но это к исторической науке не имеет никакого отношения). Группировались они в рунические алфавиты – футарки. Самый древний известный древнегерманский рунический алфавит из 24 знаков называется «старшим футарком», а остальные (маркоманнические, англо-саксонские, хельсингские, мэнские, исландские, гренландские, далекарлийские) – младшими футарками. Слово происходит от «сквозного» чтения первых шести букв старшего рунического алфавита: f, u, þ, a, r, k. Такая вот германская «АБВГДейка».
Могила оберштурмфюрера Андрейса Аллиса (1915-1943), Волховский фронт. Фотограф Янис Талавс, 1943 (Pēteris Korsaks «Latviešu fotogrāfi – kara liecinieki»).
В конце XIX – начале XX века австрийский оккультист Гвидо фон Лист (на самом деле «фоном» он не был, но если уж сочинять, так заодно и благородные корни) на основе древних рун создал свой рунический алфавит – арманический футарк. Арманизм – это основанное им со сподвижниками пангерманское неоязычество. В арманическом футарке имеется 18 рун. Использовались они исключительно для магии и гадания, а не для письма. Идеями арманистов и прочих ариософов вдохновлялись нацисты, которые занимались, помимо прочего, «возрождением» истинной германской веры в противовес семитским аврамическим религиям. Соответственно в обиход широким потоком хлынули руны. Начиная с самой знаменитой – руны ᛋ, то есть Зиг (Sig; арманисты попытались сблизить со словом Sieg – «победа»), которую в сдвоенном варианты использовали «электрики». Но это название ей дал Лист. На самом деле шестнадцатая руна старшего футарка называлась Sowilu – «солнце», и чертилась в нём чуть иначе (ᛊ), а её привычная нам форма – из младших футарков.
Где ещё применялись руны? У поисковиков бытует мнение, что могилы эсэсовцев было легко отличить от могил солдат Вермахта. В то время как последние по-старинке ставили на могилах павших камрадов берёзовые кресты, то упивавшиеся неоязычеством бойцы военизированного формирования национал-социалистической немецкой рабочей партии обозначали свои капища берёзовыми рунами. Были, правда, исключения, но в целом действительно на могилах эсэсовцев чаще можно было увидеть не кресты, а руны. Какие именно?
Часто ставилась руна ᛉ – Ман (Man, она же Leben – «жизнь»). Опять же, так её звал Лист. А вообще пятнадцатая руна старшего футарка звалась Algiz («лось»). Иногда ставилась семнадцатая руна старшего футарка ᛏ – Tiwaz (древнее название бога Тюра, в основе которого лежит германский корень со значением «доблесть»). Её Лист без затей назвал Тюр (Tyr) – лишь осовременил. А ещё поверх убитого эсэсовца могли поставить руну ᛣ – Ир, как её звал Лист (Yr, она же Toten – «смерть»). В старшем футарке такой руны не было, Лист взял её из младших. В переводе значит всего-навсего «тис».
К слову, на обычных памятных плитах повёрнутых на неоязычестве нацистов дату рождения отмечали «руной жизни» ᛉ, а дату смерти «руной смерти» ᛣ, вместо соответствующих христианских символов * и †.
Проводы погибших латышских эсэсовцев, Волховский фронт. Фотограф Николайс Улдритис, 1943 (Pēteris Korsaks «Latviešu fotogrāfi – kara liecinieki»).
Но вернёмся к нашим баранам. То есть к эсэсовцам. В прошлом году издательство Neputns издало книгу Петериса Корсакса «Latviešu fotogrāfi – kara liecinieki» (Латышские фотографы – свидетели войны). Цитирую автора книги: «Когда я в первый раз узнал, что есть негативы с латышскими легионерами на Волховском фронте, у меня начали так беспокойно биться сердце и трястись руки. Зная, как "освободители" обращались с военнопленными во время капитуляции в Курляндии, грабя их, какая могла идти речь о негативах! Но чудеса случаются. 17 плёнок с более чем 700 снимками являются целым богатством о наитяжелейших событиях истории нашего народа, когда так много молодых жизней остались в волховских болотах под берёзовыми крестами». Ну, к тому, что латышские националисты часто носят славянские фамилии и врут, я уже привык. Но чтобы так откровенно врал?! Какие ещё кресты?!
Речь идёт о фотографиях, которые сделал Янис Талавс (Jānis Jūlijs Tālavs, 1908-1995), фотограф роты пропаганды – SS Propagandakompanie Bildberichterers. Точнее, он служил в Отряде военных корреспондентов СС (SS-Kriegsberichter-Abteilung), который в декабре 1943 года был преобразован в штандарт (полк) СС «Курт Эггерс» (SS-Standarte Kurt Eggers), названный так в честь погибшего в августе месяце того года под Белгородом эсэсовца из 5-й танковой дивизии СС «Викинг» (5. SS-Panzer-Division „Wiking“), который одно время был главным редактором эсэсовской газеты Das schwarze Korps. Настоящая фамилия пропагандиста была Indriksons, но в 1940 он её сменил на более латышскую.
Вот сделанная им фотография могилы убитого 20 июня 1943 года «старшего лейтенанта» Андрейса Аллиса (Andrejs Aļļis, 1915-1943, оберштурмфюрер), командира 6-й роты 2-го батальона 42-го гренадерского полка СС 2-й латышской добровольческой бригады СС. Где же тут крест? Руна! Руна Тотен. Руна смерти.
Похороны латышских эсэсовцев, Волховский фронт. Фотограф Николайс Улдритис, 1943 (Pēteris Korsaks «Latviešu fotogrāfi – kara liecinieki»).
Может, случайность? Ничуть. Вот фотографии, которые сделал Николайс Улдритис (Nikolajs Uldriķis, 1910-1971). Там же, на Волховском фронте. Похороны латышских эсэсовцев (один из них, очевидно, восемнадцатилетний Rūdolfs Junkers, Latiešu leģiona kareivis, убит 2 сентября 1943 года). На заднем фоне видны кресты. Но латышские легионеры идут мимо них. А на могилах эсэсовцев, опять же, руны. Руны Тотен. Руны смерти.
Про Улдритиса Корсакс пишет так: «Он участник войны с первого дня, когда в Ригу вошла немецкая армия – 1 июля 1941 года. Николайс Улдритис подобно другим латышским офицерам и солдатам добровольно вступил в латышские части, которые были образованы с целью помочь немцам разгромить Красную армию. Он присоединился к Рижской службе самообороны, в которую был зачислен в звании капрала». Думаю, излишне напоминать, чем занималась эта «самооборона», которой командовал небезызвестный Волдемарс Вейсс. На Волхове же Улдритис служил уже «старшим сержантом» (SS-Hauptscharführer) в штабе 42-го гренадерского полка СС.
Могила эсэсовца Рудолфса Юнкерса (1925-1943), Волховский фронт. Фотограф Николайс Улдритис, 1943 (Pēteris Korsaks «Latviešu fotogrāfi – kara liecinieki»).
Интересно, что имена Аллиса и Юнкерса теперь значатся на мемориале в Лестене в Латвии. Даже не интересно, просто их там увековечили или реально перезахоронили. Интересно другое: почему там нет рун? Почему не обозначены настоящие эсэсовские звания? Почему вообще отсутствует аббревиатура SS? А ведь славные предки нациков не стеснялись...
PS. Языковеды считают, что германские слова Rune и Runa имеют родственников в других индо-европейских языках. Да, да! В том числе в балтийских. Латышское runāt и латгальское runuot – «говорить», а также литовское runoti, среди значений которого «вырезать» и «говорить».
С чего обычно начинается празднование 16 марта, Дня памяти легионеров SS, в Латвии? С богослужения в Домском соборе – лютеранской церкви. Жирно так намекается, что латышские эсэсовцы были борцами за традиционные христианские ценности против диких безбожных вшивых иудо-монгольских большевистских орд. На самом же деле латышские эсэсовцы старались во всём косить под своих «арийских» господ. Например, тот же свой памятный день – 16 марта – они украли у немецких нацистов. Позаимствовали латышские прислужники Адольфа Гитлера у своих хозяев и тягу к неоязычеству.
Многие слышали о рунах. Так называются знаки древнегерманской письменности (русские долбославы уверены, что были и славянские руны, но это к исторической науке не имеет никакого отношения). Группировались они в рунические алфавиты – футарки. Самый древний известный древнегерманский рунический алфавит из 24 знаков называется «старшим футарком», а остальные (маркоманнические, англо-саксонские, хельсингские, мэнские, исландские, гренландские, далекарлийские) – младшими футарками. Слово происходит от «сквозного» чтения первых шести букв старшего рунического алфавита: f, u, þ, a, r, k. Такая вот германская «АБВГДейка».
Могила оберштурмфюрера Андрейса Аллиса (1915-1943), Волховский фронт. Фотограф Янис Талавс, 1943 (Pēteris Korsaks «Latviešu fotogrāfi – kara liecinieki»).
В конце XIX – начале XX века австрийский оккультист Гвидо фон Лист (на самом деле «фоном» он не был, но если уж сочинять, так заодно и благородные корни) на основе древних рун создал свой рунический алфавит – арманический футарк. Арманизм – это основанное им со сподвижниками пангерманское неоязычество. В арманическом футарке имеется 18 рун. Использовались они исключительно для магии и гадания, а не для письма. Идеями арманистов и прочих ариософов вдохновлялись нацисты, которые занимались, помимо прочего, «возрождением» истинной германской веры в противовес семитским аврамическим религиям. Соответственно в обиход широким потоком хлынули руны. Начиная с самой знаменитой – руны ᛋ, то есть Зиг (Sig; арманисты попытались сблизить со словом Sieg – «победа»), которую в сдвоенном варианты использовали «электрики». Но это название ей дал Лист. На самом деле шестнадцатая руна старшего футарка называлась Sowilu – «солнце», и чертилась в нём чуть иначе (ᛊ), а её привычная нам форма – из младших футарков.
Где ещё применялись руны? У поисковиков бытует мнение, что могилы эсэсовцев было легко отличить от могил солдат Вермахта. В то время как последние по-старинке ставили на могилах павших камрадов берёзовые кресты, то упивавшиеся неоязычеством бойцы военизированного формирования национал-социалистической немецкой рабочей партии обозначали свои капища берёзовыми рунами. Были, правда, исключения, но в целом действительно на могилах эсэсовцев чаще можно было увидеть не кресты, а руны. Какие именно?
Часто ставилась руна ᛉ – Ман (Man, она же Leben – «жизнь»). Опять же, так её звал Лист. А вообще пятнадцатая руна старшего футарка звалась Algiz («лось»). Иногда ставилась семнадцатая руна старшего футарка ᛏ – Tiwaz (древнее название бога Тюра, в основе которого лежит германский корень со значением «доблесть»). Её Лист без затей назвал Тюр (Tyr) – лишь осовременил. А ещё поверх убитого эсэсовца могли поставить руну ᛣ – Ир, как её звал Лист (Yr, она же Toten – «смерть»). В старшем футарке такой руны не было, Лист взял её из младших. В переводе значит всего-навсего «тис».
К слову, на обычных памятных плитах повёрнутых на неоязычестве нацистов дату рождения отмечали «руной жизни» ᛉ, а дату смерти «руной смерти» ᛣ, вместо соответствующих христианских символов * и †.
Проводы погибших латышских эсэсовцев, Волховский фронт. Фотограф Николайс Улдритис, 1943 (Pēteris Korsaks «Latviešu fotogrāfi – kara liecinieki»).
Но вернёмся к нашим баранам. То есть к эсэсовцам. В прошлом году издательство Neputns издало книгу Петериса Корсакса «Latviešu fotogrāfi – kara liecinieki» (Латышские фотографы – свидетели войны). Цитирую автора книги: «Когда я в первый раз узнал, что есть негативы с латышскими легионерами на Волховском фронте, у меня начали так беспокойно биться сердце и трястись руки. Зная, как "освободители" обращались с военнопленными во время капитуляции в Курляндии, грабя их, какая могла идти речь о негативах! Но чудеса случаются. 17 плёнок с более чем 700 снимками являются целым богатством о наитяжелейших событиях истории нашего народа, когда так много молодых жизней остались в волховских болотах под берёзовыми крестами». Ну, к тому, что латышские националисты часто носят славянские фамилии и врут, я уже привык. Но чтобы так откровенно врал?! Какие ещё кресты?!
Речь идёт о фотографиях, которые сделал Янис Талавс (Jānis Jūlijs Tālavs, 1908-1995), фотограф роты пропаганды – SS Propagandakompanie Bildberichterers. Точнее, он служил в Отряде военных корреспондентов СС (SS-Kriegsberichter-Abteilung), который в декабре 1943 года был преобразован в штандарт (полк) СС «Курт Эггерс» (SS-Standarte Kurt Eggers), названный так в честь погибшего в августе месяце того года под Белгородом эсэсовца из 5-й танковой дивизии СС «Викинг» (5. SS-Panzer-Division „Wiking“), который одно время был главным редактором эсэсовской газеты Das schwarze Korps. Настоящая фамилия пропагандиста была Indriksons, но в 1940 он её сменил на более латышскую.
Вот сделанная им фотография могилы убитого 20 июня 1943 года «старшего лейтенанта» Андрейса Аллиса (Andrejs Aļļis, 1915-1943, оберштурмфюрер), командира 6-й роты 2-го батальона 42-го гренадерского полка СС 2-й латышской добровольческой бригады СС. Где же тут крест? Руна! Руна Тотен. Руна смерти.
Похороны латышских эсэсовцев, Волховский фронт. Фотограф Николайс Улдритис, 1943 (Pēteris Korsaks «Latviešu fotogrāfi – kara liecinieki»).
Может, случайность? Ничуть. Вот фотографии, которые сделал Николайс Улдритис (Nikolajs Uldriķis, 1910-1971). Там же, на Волховском фронте. Похороны латышских эсэсовцев (один из них, очевидно, восемнадцатилетний Rūdolfs Junkers, Latiešu leģiona kareivis, убит 2 сентября 1943 года). На заднем фоне видны кресты. Но латышские легионеры идут мимо них. А на могилах эсэсовцев, опять же, руны. Руны Тотен. Руны смерти.
Про Улдритиса Корсакс пишет так: «Он участник войны с первого дня, когда в Ригу вошла немецкая армия – 1 июля 1941 года. Николайс Улдритис подобно другим латышским офицерам и солдатам добровольно вступил в латышские части, которые были образованы с целью помочь немцам разгромить Красную армию. Он присоединился к Рижской службе самообороны, в которую был зачислен в звании капрала». Думаю, излишне напоминать, чем занималась эта «самооборона», которой командовал небезызвестный Волдемарс Вейсс. На Волхове же Улдритис служил уже «старшим сержантом» (SS-Hauptscharführer) в штабе 42-го гренадерского полка СС.
Могила эсэсовца Рудолфса Юнкерса (1925-1943), Волховский фронт. Фотограф Николайс Улдритис, 1943 (Pēteris Korsaks «Latviešu fotogrāfi – kara liecinieki»).
Интересно, что имена Аллиса и Юнкерса теперь значатся на мемориале в Лестене в Латвии. Даже не интересно, просто их там увековечили или реально перезахоронили. Интересно другое: почему там нет рун? Почему не обозначены настоящие эсэсовские звания? Почему вообще отсутствует аббревиатура SS? А ведь славные предки нациков не стеснялись...
PS. Языковеды считают, что германские слова Rune и Runa имеют родственников в других индо-европейских языках. Да, да! В том числе в балтийских. Латышское runāt и латгальское runuot – «говорить», а также литовское runoti, среди значений которого «вырезать» и «говорить».